Вихрь

Когда-то давным-давно в далекой, Богом забытой пустыне, которую даже ветер облетал стороной, доживала свой век старая сухая колючка… Даже дождь не знал о том, что есть на Земле такой уголок и никогда не показывался здесь. Корни старой колючки глубоко уходили в песок, но все равно не доставали до воды.

Она всю жизнь сидела, прикованная к одной кочке, и ничего не знала, кроме того, что есть в этом мире небо, солнце и песок. И казалось ей, что все очень просто. Да и не думала она о том, что жизнь бывает иной…

Утром вставало солнце и нестерпимо обжигало давно поблекшие ее иголки, а ночью солнце уходило куда-то, проваливаясь в знойную пыль, и тогда темная морозная ночь заступала на ее место, и холод пронизывал одряхлевшие кости. Но колючка не чувствовала боли, потому что давно научилась терпеть, и кожа ее, огрубевшая и отвердевшая от времени, стала бесчувственной. Безучастной стала колючка ко всему на свете. Ни зной, ни мороз не доходили уже до ее сердца. И не видела колючка конца этой серой путине, которая длилась бесконечно медленно, а тупое бесчувствие постепенно всецело овладевало ею.

Когда-то в молодости была у нее заветная мечта – увидеть воду, хотя бы издали, хоть бы на миг. Но теперь она и не помнила, что такое – вода… колючка лишь торопила время, чтобы умереть поскорее. Но смерть тоже не шла, должно быть, совсем забыв, что есть на Земле такой уголок.

Колючка же даже понятия не имела, что мир так богат, разнообразен и обширен и что совсем близко, за соседним бугорком под каким-то заплесневелым камнем уже тысячу лет бил ключ, в котором резво смеялась чистая, нежная водица – напиток ангелов…

И продолжалось бы так еще ни одну тысячу лет, если бы судьбе не пришло в голову распорядиться иначе.

Однажды в сухой ясный день молодой горячий вихрь с золотыми кудрями и озорной улыбкой хулигана как-то случайно заскочил в эту пустыню и тут же напоролся на колючку. Этот вихрь, этот мальчик бывал везде и всегда. Он знал все и обо всех, знал, что происходило каждый миг под каждым листом любого дерева в мире; знал, что делалось в семье пингвинов на северном полюсе и когда у попугая в Африке день рождения. Он всюду был одновременно.

И вот этот веселый пылкий мальчик наткнулся в песках пустыни на одинокую, умирающую от старости колючку. Он обрадовался тому, что кого-то встретил и расхохотался своим молодым и звонким смехом. Она встрепенулась и со страхом спросила:

-Кто здесь?

-Здравствуй, добрая колючка, это я – вихрь! – весело ответил мальчуган.

-Я и не знала, что в мире бывает вихрь…

-Да я не один, нас много таких вихрей.

-А откуда ты, малыш? – с еще большим страхом спросила она.

-Ты хотела спросить, где я был в последний раз? Изволь, я отвечу. Я прямиком из Тонтандии, где сейчас происходит мощнейший конфликт. Видишь ли Аваркия решила, что ей все можно и под предлогом помощи напала на страну, в которой хотела выловить крыс, распространяющих, по ее мнению, чуму.

И не успела колючка опомниться, как разгоряченный вихрь взахлеб стал рассказывать о последних мировых новостях. Она же все более и более расширяла от ужаса глаза, недоумевая, ничего не понимая. Колючка ведь даже предположить не могла, что кроме нее существует в этом мире кто-то, а то, что их существует так много, таких разных и необычных, повергло ее в ужас и оцепенение.

Слишком поздно, наверное, колючке было делать открытия и менять свою жизнь. Она была слишком стара и консервативна – и не поверила. Дребезжащим голосом она проговорила:

-Малыш, я не верю ни одному твоему слову. Это всего лишь бурные фантазии твоего возбужденного и пылкого сознания. Да и сам ты, должно быть, всего лишь галлюцинация. Поверь моему опыту. Я живу в этом мире много-много лет и знаю наверняка, что не было никогда и нет ни Тонтандии, ни крыс…

-А может, и воды также не существует, — с глубокой горечью в голосе печально добавила она.

Вихрь был поставлен в тупик. Даже его существование было под сомнением. Но вдруг сердце его встрепенулось – он решил во что бы то ни стало доказать этой дряхлой колючке, что он прав. Малыш гордо встряхнул головой и, твердо и уверенно прошептав:  “Ты увидишь, ты сама все увидишь”, — мгновенно исчез.

Перенесемся теперь вместе с вихрем туда, где он оказался после разговора с несчастной старушкой. Недалеко, правда, придется переноситься – лукавый мальчишка лишь перелез за соседний бугорок, как раз туда, где бил знакомый нам ключ. Он подлез к заплесневелому камню и, наклонившись над самой водой, стал жадно ее пить. Вобрав в себя столько воды, что можно было запросто затопить приличный городок, наш малыш набрал носом воздух и с силой, присущей молодому организму, фонтаном выпустил всю эту воду в небо.

Через час вокруг колючки стало происходить что-то страшное. Еще недавно яркое синее небо вдруг стало неумолимо чернеть. Земля и небо сомкнулись. Горизонт умер в пыли. А вихрь весело поднимал песок, переворачивал его и сыпал вверх. Солнце провалилось в бездну, и все исчезло во тьме. А через миг в душном воздухе послышался гул, и внезапно грянул раскатистый гром. Тучи опрокинулись, и свежий сочный дождь стал падать сверху нескончаемым потоком на исстрадавшуюся от жажды почву.

Немного погодя все закончилось также быстро, как и началось. Небо вновь стало сладко-голубым, а солнце —  нежно влюбленным… Земля набухла от счастья… И все зазеленело… За-зе-ле-не-ло!

От восторга колючка не могла дышать. Ее больная душа помолодела лет на сто и ожила. О таком счастье никогда она даже и во сне не смела мечтать. Теперь она была готова поверить…, нет она уже искренне и до глубины души верила в крыс, в кузнечиков, в радугу, в Топтандию, в Аваркию, в пингвинов, в попугаев, в инопланетные цивилизации, в параллельные миры и в… любовь. И если бы корни отпустили колючку, она не задумываясь сорвалась бы с места и понеслась бы склеивать мир, развалившийся на сторонников и противников войны, рассказала бы им, что жизнь прекрасна, и обязательно показала бы всем свой великолепный, Богом забытый, уголок Земли.

А малыш-вихрь, радостный, улетел в другие края рассказывать о чуде пробуждения мертвой почвы, мертвой колючки…

И что делали бы все колючки мира, если бы не было много таких “вихрей” на нашей планете. Вода бы так вечно и лежала мертвым грузом в озерах, морях и океанах, и не существовало бы туч и облаков, дождя и радуги. И никто и никогда бы не напился вдоволь чистой студеной водицы – напитка ангелов.

Сергей НАЧИНКИН

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *